13 episodes

В этом подкасте мы будем каждую неделю разговаривать с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа. 


Авторы расскажут, о чем их текст, как они над ним работали и какие интересные подробности остались за кадром. 


Российские медиа и до начала войны подвергались цензуре и закрывались одно за другим, а после 24 февраля государство практически полностью разгромило медиарынок. Но даже в этих условиях журналисты создают новые проекты. В этих проектах много интересного — и мы постараемся рассказать вам о самых захватывающих историях.


Если вы автор или редактор интересного журналистского текста и хотите нам о нем рассказать — пишите нам на почту mv@themoscowtimes.com.

Где текс‪т‬ The Moscow Times

    • Government

В этом подкасте мы будем каждую неделю разговаривать с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа. 


Авторы расскажут, о чем их текст, как они над ним работали и какие интересные подробности остались за кадром. 


Российские медиа и до начала войны подвергались цензуре и закрывались одно за другим, а после 24 февраля государство практически полностью разгромило медиарынок. Но даже в этих условиях журналисты создают новые проекты. В этих проектах много интересного — и мы постараемся рассказать вам о самых захватывающих историях.


Если вы автор или редактор интересного журналистского текста и хотите нам о нем рассказать — пишите нам на почту mv@themoscowtimes.com.

    «Этой колонии повезло, что там оказался Деннис». История датчанина, отсидевшего 5 лет в российской тюрьме

    «Этой колонии повезло, что там оказался Деннис». История датчанина, отсидевшего 5 лет в российской тюрьме

    В этом подкасте мы каждую неделю разговариваем с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа.

    • 25 min
    «Она хорошо держалась». Как журналистка из Барнаула провела полгода в СИЗО

    «Она хорошо держалась». Как журналистка из Барнаула провела полгода в СИЗО

    В этом подкасте мы каждую неделю разговариваем с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа.

    • 46 min
    «Бежали ради свободы». Как четверо девушек сбежали из дагестанской деревни

    «Бежали ради свободы». Как четверо девушек сбежали из дагестанской деревни

    В этом подкасте мы каждую неделю разговариваем с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа.

    • 32 min
    «Избыточные свадьбы». Как «Медиазона» подсчитала число мобилизованных, узнав, что россияне стали чаще жениться

    «Избыточные свадьбы». Как «Медиазона» подсчитала число мобилизованных, узнав, что россияне стали чаще жениться

    В этом подкасте мы каждую неделю разговариваем с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа.

    • 39 min
    «Боимся войны и задержек зарпалаты». Как мигранты из Таджикистана строят дома в Мариуполе

    «Боимся войны и задержек зарпалаты». Как мигранты из Таджикистана строят дома в Мариуполе

    В этом подкасте мы каждую неделю разговариваем с авторами интересных текстов, которые выходят в независимых российских медиа.

    • 21 min
    «Еще вчера мы говорили о феминитивах, а сегодня Россия бомбит Киев». Журналистка «Холода» о бытовом фашизме

    «Еще вчера мы говорили о феминитивах, а сегодня Россия бомбит Киев». Журналистка «Холода» о бытовом фашизме

    Сегодня мы поговорим о колонках журналистки Яны Кучиной в издании «Холод». Яна написала о том, как фашизм незаметно проникает в частную жизнь человека. 

     

    — Почему Россия — страна нормализованного насилия?

    — Как распознать признаки фашизма в самом себе?

    — Как счастье и принятие учит понимать свои ошибки?




    — Как привычка к боли воспитывает принятие насилия?

    «Папа сказал: «Ладно, возьмем тебе котенка. Но сначала ударь маму».

    Я посмотрела на маму. Мама улыбалась. Я посмотрела на свою руку. Руке было пять лет. Рука была маленькая, а мама — большая.

    Я ударила, ладонью, легким громким хлопком.

    Папа рассмеялся, мама быстро встала и ушла плакать. Я сказала ей в спину: «Мам, ну я же не больно! Ну скажи, что не больно!».

    Я тогда долго плакала, спрятавшись в кладовку.

    Мама казалась мне предательницей: плачет, хотя ей не больно; плачет, хотя мы были заодно: обе хотели котенка и не могли уговорить папу. Плачет, хотя, когда она меня бьет на занятиях, когда ходить учит, чтобы я выше поднимала ноги или больше старалась, — я не плачу. Я верю, что она «мне лучше делает».

    • 45 min

Top Podcasts In Government

Crooked Media
Prologue Projects
The DSR Network
CBS News Radio
The Lawfare Institute
The Daily Beast

You Might Also Like

The Moscow Times
Сигнал / Signal
Novaya Gazeta. Europe
Медуза / Meduza
Продолжение следует
Andrey Babitskiy